Книги

Коля Степанян

Где. Повесть о Второй карабахской войне

Individuum, 2025

Где. Повесть о Второй карабахской войне

В 2020 году 22-летний московский армянин Коля Степанян отправился в Армению, где втайне от родителей встал на военный учет. Из армии его отправили на войну, которая вошла в историю как Вторая карабахская . После двух недель боевых действий он пропал без вести на 70 дней. Где он был, что там происходило и как вместе с несколькими сослуживцами ему удалось оттуда выбраться об этом Коля написал книгу Где страшную, смешную, во многом неудобную и чертовски правдивую.

Короткий список 2026г
Молодость

Где. Повесть о Второй карабахской войне

Рецензия

Рецензия

От книги, посвященной Второй карабахской войне, стереотипно ожидаешь многобукв о политике и национальной ненависти, а находишь захватывающее повествование о крепкой дружбе, любви, вере и свободе выбора. Окопная правда не ограничивает свободу языка, не довлеет над драматургией, не сжимает в тисках живые, местами откровенно смешные диалоги. 

В основе повести — личный опыт автора, молодого армянина из Москвы. В 2020 году он пошел в армию на родине предков и вскоре оказался на войне, которая для Коли и его товарищей затянулась более чем на два месяца. После слова «Где» в названии возможен вопросительный знак, потому что борьба за выживание «пропавших без вести» и составляет ядро истории. 

Попытки найти воду и еду (вероятно, на экваторе книги читателю захочется живительного компота), сделать компас и найти путь домой могли бы восприниматься как робинзонада, если бы солдатам не грозила смертельная опасность в тылу противника. Не избегая острых тем, рассказчик еще острее шутит над происходящим: «Это не грустная история! Знаешь почему? Потому что мы всё ещё живы, лол». 

На парадоксе строится психологическая убедительность: война заставляет пережить горечь утрат, но вместе с тем позволяет обрести друзей, чуть не сводит с ума, но ограняет по-настоящему важные смыслы. Взросление героев происходит в том числе благодаря неизбежному принятию подобных противоречий. 

События тех страшных дней переплавились в текст без романтизации насилия и героического нарратива. А надобность в вопросительном знаке после «Где» отпала, поскольку ответы на многие мучительные вопросы герой нашел.